">

Про Кулички, Нетскейп 46 и виртуальные шашлыки Правдивый рассказ о русском Интернете в XXI веке
1	– Давай по третьей, – сказал Серега. – Нет, нет, не могу, – запротестовал я, отодвигая стопку. – Нет, ПРАВДА не могу, мне работать надо, – и повернул кресло к компьютеру. – Знаю я твою работу, – загоготал Серега. – Сначала будешь смотреть, сколько Кулички набрали в Рамблере за день, а потом всем по порядку будешь писать на ICQ слово на "ж" из четырех букв и с умным видом ждать ответ. – Ну ты и дурак! – обиделся я, в глубине души понимая что он прав. Помолчали. – Мне честно надо статью писать про прошлое и будущее Куличек, – смягчился я. – Ну, про прошлое ты всем уже уши прожужжал, а про будущее ты все равно ничего не знаешь, – сказал Серега, пододвигая стопку и наливая водки. Я подумал, не обидеться ли второй раз, и решил, что уже не стоит. Выпили, закусили. За окном парила тяжелая мичиганская ночь. – Тебе хорошо говорить, – продолжал я, зажевывая жареным пельменем, – а статью про Кулички написать надо, если не про прошлое, так хотя бы про будущее. – Ну и пиши, только не надо как на вашей виртуальной пресс-конференции. – А как на конференции? – Да так, что хоть завтра в газету "Правда"... – и опять загоготал: – Весело, как на парткоме. Мне стало скучно. Серега, глядя на меня, тоже стал серьезен. Ткнул кулаком в плечо – ладно, мол, тебе. Потом в его глазах появился какой то нездоровый блеск, и он сказал: – Пошли ко мне на работу. Я подумал, что он спятил от жары и водки, но он уже надевал ботинки. Так я попал в будущее. Сначала я хотел подробно описать, как выглядит машина времени в лаборатории у Сереги, как мы ехали и как я чуть не помер по дороге где то между 2017-м и 2018-м, как долго не мог поверить, что-таки приехали. Но потом понял: все это неважно. Давайте пропустим — ну, попал себе и попал, что тут, в конце концов, такого уж необычного?
2	– Времени в обрез, – предупредил Серега, – через сутки должны быть обратно. Давай смотри на свои Кулички, а запишешь все дома, вот тебе и статья про будущее Куличек. – Отлично! – сказал я, потирая руки. – С чего начнем, где компьютер? Из угла выдвинулся высокий парень в тельняшке. – Знакомься, Ерема – куличкинский администратор, будет нашим гидом по виртуальной Москве и Интернету. Ерема подал потную руку: – Будем знакомы. – Так где компьютеры? – бодро спросил я вновь. – Нету компьютеров – вместо них вот это, – сказал Ерема, вынимая нечто наподобие мотоциклетного шлема. – Это броузер – Нетскейп 46. Без него сейчас никуда. "Вот вам и будущее, – подумал я, – броузер на голову одевать надо", – но одел. Что-то неприятно кольнуло в затылке и висках. – Провода, что ли, оголенные торчат? – бубнил я, а в следуюший миг не поверил глазам – вместо мрачной комнаты я оказался в светлом зале, заваленном рыцарскими доспехами, а передо мной стоял Ерема в полном боевом снаряжении. Пахло машинным маслом и ромом. – Эт-то чо такое? – опешил я и содрал с головы броузер, при этом у меня опять кольнуло в затылке и висках. Та же серая комната, воняет кислой капустой, и Ерема в тельняшке растянул рот в улыбке. – Это моя Home Page, – искренне радуясь моему придурковатому виду, сказал он. – Броузер-то мой, вот я его и настроил так. Вот у Сереги шлем соседа, тот рыбалку любит – можешь сравнить. Я напялил другой броузер (что у них все колется?) – оказался на берегу речки, Ерема, облаченный в брезентовый бушлат и резиновые сапоги, закидывал удочку. – Попробуй, – кивнул он мне на лежащий рядом спиннинг. Я, вытянув руки, как слепой, с опаской пошел вперед. – Не бойся, каждая вещь вокруг тебя закодирована бэкграундом под соответствущие предметы – вместо табуретки пенек, вместо стола валун, так что не наткнешься. В лицо дул свежий бриз, и пахло тиной. Снял броузер – серое, кислой капустой, тельняшка... – Понятно, – сказал я, пытаясь показать, что мне на самом деле понятно. – Надел – и там хоум пейдж, – крутил я руками вокруг головы. – Это и в наше время было – надел шапку и пошел на бизонов охотиться – виртуальная реальность. Но как получается ветер, как получается запах? – Это тоже не хитро, – улыбнулся Ерема, показывая броузер изнутри. – Видишь, тут небольшие игольчатые контакты? (Так вот что мне кололо все время!) Через них кодировка запаха, ощущения, вкуса подается низкочастотными сигналами, которые воздействуют на нервные стволы и центры, очень тонко интегрируя все через ретикулярную формацию, создавая закодированное ощущение. Нобелевская премия 2021 года – команда из Стэнфорда. Кстати, главный там – русский эмигрант Леонид Уманцев, головастый мужик, фамилию оправдывает на 200%. "Неужели наш Леня? – вспотел я. – А собственно, почему бы и нет!" – Ладно, хватит теории, – вмешался Серега. – Пошли на Кулички. Мы надели броузеры и вышли. Я шел по светлой дворцовой лестнице в Еремином броузере, рядом волочился Серега в рыбацком броузере, переступая через слишком острые камни. Это я понял по его походке. Вдруг Серега упал и покатился вниз по мраморной лестнице/лесной дорожке. Я посмотрел под ноги и ничего не заметил. Снимаю Нетскейп – на полутемной лестничной клетке валяется пьяный мужик. Смотрю, Серега уже тоже сверкает внизу лысиной и скандалит: – Какого дьявола, не закодировали алкаша под валун? Ерема развел руками: – Со спиртом пока проблемы, он сбивает кодировку. Ну ничего, сейчас наружу выйдем, тогда все нормально будет. – А почему нельзя ходить по миру, сидя на стуле? – спросил я. – Какой же это, к дьяволу, Интернет, если пешком ходить надо? Может, чтобы сходить на сайт Тульского оружейного завода, пешком в Тулу топать надо? – Да нет, конечно, – замахал руками Ерема. – Можно и в кресле сидеть, но там одна виртуальность будет, а мы и живых людей хотим посмотреть. Мы водрузили броузеры на головы и вышли в Москву.
3	В Москве пахло весной. К моему изумлению, она практически не изменилась, чем я и поспешил поделиться с Еремой. – Это я подстроил специально, чтоб ты не пугался, – улыбнулся он. – Кааак? – выпучил я глаза и потянул броузер, чтобы снять его. – А вот здесь я этого делать не советую, – совершенно серьезно сказал Ерема и застегнул у меня под подбородком ремешок. На перекрестке стоял справочный киоск Рамблер, в котором сидела симпатичная девушка. Я обошел киоск со всех сторон и не нашел дверцы. – Она что там, замурована? – вылупил я глаза. – Да она не настоящая. Это скрипт Димы Крюкова — старый уже. В этом году они обещали выпустить новую версию, тогда для каждого конкретного посетителя в киоске будет настраиваться человек, о котором он больше всего думает. В прошлом месяце даже выпутили бета-версию, так их программист тещу свою увидел в поисковом окошке – пришлось брать на доработку и вносить поправки на положительные эмоции.
4	На Пушкинской был полный бардак. Вокруг огромного мраморного Паровоза толпились цветные палатки сетевых обозревателей. – Неужели они все выжили? – не поверил я. – А почему бы и нет? – ответил вопросом на вопрос Ерема. – Не только выжили, но и расплодились неимоверно. Но в начале 2000-го был жуткий скандал и драка. Тогда вокруг Паровозова сконцентрировались лучшие обозреватели, которым противостоял союз новых русских обзирателей имени Кати Деткиной. В результате деткинцы были расшуганы, а Иван Зрыч возглавил крупнейшее агентство веб-обзоров. Я посмотрел, как трещат по швам палатки от чрезмерного потока посетителей и наугад настроил броузер на желто-малиновую в конце площади. Там сидел старый знакомый Сетевой Странник, разбитый виртуальным параличом. – Тяжело стало, – сетовал он. – В прошлом веке намного легче было – пьешь себе виски, по страницам ползаешь и пишешь обзоры. А сейчас проходу нет от молодежи. Бурлак молодую команду собрал, у Сетевой Птички птенцов уже больше сотни, в "Вечернем Интернете" вместо фонарика уже пять прожекторов по пять килолюкс каждый. Мне стало жалко Сетевого Странника. Когда мы выходили из палатки, Ерема доверительно шепнул: – Прибедняется старик, он уже второй год выигрывает приз женских симпатий, вся женская половина от его обзоров без ума. Говорят, он связан с тайной виртуальной лигой Казановы. – А почему тайной? Что, киберсекс запрещен? – К сожалению, да. После того как команда Уманцева разработала плаг-ин осязания к Нетскейпу, в мире началась настоящая сексуальная революция. Все пользователи отказывались от нормальных половых связей с подобными им представителями рода человеческого и перешли полностью на виртуальных партнеров. Понятное дело, животворное семя попадало не в матки, а в семяприемники броузеров, что вызвало большой демографический упадок. В 2025-м киберсекс был запрещен. А в 2028-м запретили и кибернаркотики. – О боже мой! – поднял я глаза к небу. На небе висел плакат: "У Ситилайна самые толстые в мире провода".
5	Мы пошли обедать в Интернет-кафе. По дороге купил газету – трижды ордена НЖМД "Интернетовскую правду". На первой странице крупными буквами – "Кто запустит упавший Спутник?" – Не все Делицыну масленица, – прокомментировал заголовок Ерема. – Добили его ПВОшники. Видя мое недоумение, Ерема пояснил, что рекламная сеть "Спутник" в начале 2020 годов монополизировала весь российский рынок, и Делицын греб миллиарды. В 2029-м фирма ПВО создала программу, которая вычищала все рекламные ролики из броузеров, и "Спутник" стал терпеть колоссальные убытки. Вчера Делицын продал за бесценок "Спутник" и ушел на пенсию проедать оставшиеся миллиарды. – Батюшки мои... – ужаснулся я, вспомнив куличкинские баннеры. Виртуальный официант принес нам наконец заказ. На тарелке аппетитно дымился шашлычок, который почему-то пах дерьмом. – А почему он пахнет дерьмом?!- возмутился я. Тут Ерема треснул меня по затылку, и в нос тут же ударил запах жареной баранины. – Контакты отошли, – пояснил он. – Контакты?? – Я почувствовал, как мои глаза лезут из орбит. – Что значит контакты? Так это виртуальный шашлык??? – Моему возмущению не было предела. – Так мы тут, может, на самом деле дерьмо жрем, а думаем, что это шашлык?! – Остынь, остынь, это сбалансированные пищевые брикеты, – успокаивал меня Ерема, – уже давно никто не ест ту пищу, к которой ты привык. – Я хочу посмотреть, – заявил я и стал расстегивать ремешок броузера. – Нет, тебе не надо это видеть, – жестко остановил меня Ерема. – Тогда я отказываюсь есть это дерьмо! (Боже, что я делаю? Какой запах!) Сдохну, а есть не буду. – Как хочешь, – заявил Серега, который уже набил полный рот и аппетитно жевал. – Поживешь с вами – научишься есть всякую гадость, – процитировал я Карлсона и быстро набил рот шашлыком, из которого брызгал ароматный сок (ух как вкусно! Неужели это правда пищевая смесь?). Пока жевал, веселился, представляя, что весь мир теперь искуственники – так называют детей, которые вместо титьки сосут сбалансированные смеси. Когда живот был набит до упора, я решительно заявил, что надо тут же идти на Кулички, и не ногами, а линками. Прямо сейчас же. – Нет проблем, – сказал Ерема и наклонился к встроенному микрофону: пи-пи-пи-кулички-ком. – Надо же... – усмехнулся я. – Прижился-таки урологический термин Мая Иваныча. Пока я усмехался, кафе вокруг нас растворилось, и мы оказались на каком-то острове, где пахло мочалом и хлоркой. – Кулички! – торжественно объявил Ерема. – А почему пахнет моча... – начал было я, но Серега уже поправлял на мне съехавший броузер. На самом деле пахло апельсинами. – Пошли! – рубанул я воздух ладонью и окунулся в заросли калины.
6	За холмом слышалась пальба и крики. - Гусары веселятся, – нахмурился Ерема. – Как напьются водки, так начинают буянить, переправляют линки с главной страницы к себе в полковой сортир, вывешивают непристойные баннеры на общих страницах. - А разве виртуальная водка пьянит? – удивился я. – Налейте воды, пусть думают, что водка. – Я начинал постигать шашлычную технологию. - Я же уже говорил, что с водкой проблемы, не поддается она кодировке, – расстроился Ерема. - А куда смотрит виртуальная полиция? – возмутился я. Существует ли эта самая полиция я не знал, но думал, что существует, по крайней мере должна существовать. – Интернетпол с ними не связывается, у них связи крутые в Лиге Объединенных Серверов. Генерал Букин, который там председателем, тоже начинал в гусарах. К тому же они стихи сочиняют прелестные – последние пять лет первые места в конкурсе " Тенета" забирают, под покровительством у самого Житинского. – Александра Николаевича? – на всякий случай поинтересовался я. – Ну да, того самого, председателя Союза сетевых писателей.
7	– А где анекдоты? – вспомнил я. – Помнится, в 97-м анекдоты были одним из ключевых и посещаемых сайтов. Везде народ норовил вставить анекдоты, дабы траффик поднять. – Вот именно, – подхватил Ерема. – Этих сайтов стало так много, что все они рассказывали одно и то же. Похоронил их все робот, созданный в 2009 году на тех же Куличках, который сам сочинял анекдоты, перерабатывая новостную дорожку. Вон он стоит там вдалеке и гудит. Анекдотный робот был похож на ТЭЦ, тужился и гудел, пропуская через себя тысячи любителей посмеяться.
8	Зазеркалье меня поразило. Никогда не предполагал, что можно такое сделать в Интернете. Картинные галереи, концертные залы, библиотеки и читальни, музеи и выставки... Я с трудом перевел дыхание. И все это на Куличках? Ерема только улыбался. За приоткрытой дверью шло совещание. – Центролитовцы второй месяц выбирают буриме номер сто тысяч, – с нежностью в голосе сказал Ерема. – Их время как будто совсем не коснулось, только постарели, а так все та же теплая компания. Мы вышли на балкон. Внизу простиралась огромная долина – там жили Кулички. На горе высилась Первая Русская публичная графическая библиотека – толпы заказов ждали очереди на получение картинок и нервно мяли свои читательскине билеты. Рядом, похожая на гигантский муравейник, бурлила Барахолка, изредка выплевывая виртуальных покупателей. Башня Игр, Центр Хромого Ангела, виртуальные города-тусовки, Инфоцентр, компьютерный зал... У меня закружилась голова. Как об этом писать? Как в сотне строк рассказать о том, что не пересмотреть и за несколько месяцев?
9	– Послушайте!.. – хлопнул я себя по лбу. – Зачем же я буду писать эту статью, если она уже написана? Пойду в Zhurnal.Ru и спишу. В конце концов, это я ее писал. – Как же так может быть? – удивился Ерема. – Чтобы статья появилась в этом году, ты должен ее оригинально написать в 97-м. Если ты ее еще не написал, откуда она возьмется в журнале? – Я не знаю, – бормотал я, ища микрофон. – Пи-пи-пи.журнал.ру. И я оказался в светлом помещении, где пахло цветущей акацией. Вот она подписка журнала – так, тааак, 2015-й, 2013-й (боже, какой толстый!), 1999-й, вот он, 97-й, сентябрь. Веду пальцем по оглавлению – ВОТ ОНО! Колпаков, значит, есть, значит, когда-то кто-то написал! Сую за пазуху и вылетаю в соседнюю комнату. В углу ко мне спиной сидели два громилы. – ...и тогда я сказал ему, что Кулички – это не проходной двор, – услышал я конец фразы. "Кулички!.." Батюшки, да кто же это может быть? В страшной догадке я медленно потянул броузер с ушей... В прокуренной комнате на засаленном диване сидел лысый толстяк со всклокоченной бородой, хлопая по плечу бледного собеседника с огромными усами и красными воспаленными глазами. – Не может этого быть, – прошептал я, – не может этого бы...
10	Все позади, я опять у Сереги дома, и в душной мичиганской ночи дурным голосом надрываются цикады. – Давай по третьей, – сказал Серега. – Нет-нет, не могу, – запротестовал я, отодвигая стопку, – нет, ПРАВДА не могу, мне все еще перепечатать надо, – и повернул кресло к компьютеру. – Пиши, пиши, Толстой (далее непечатные слова), – продолжал издеваться Серега. Я нащупал за пазухой журнал и представил, как Настик сейчас его дописывает, бросая в меня по ICQ торопящие депеши. Медленно, смакуя момент, я вынул журнал. Страницы были абсолютно белые.
	Послесловие Статью я все-таки написал. Ее вы сейчас и читаете. Просто сел и написал обо всем, что со мной случилось, без вранья и всяких там приукрасов. Если бы хотел наврать, сделал бы это поглаже. Валера Колпаков valera@kulichki.com Кулички http://kulichki.rambler.ru Рисунки Владимира Сальникова ">Дискуссия viewsonic viewpad 7 EF-russia: обучение за рубежом подробная информация на сайте. Уникальное термобелье с хитофайбером. Новые модели: коньки хоккейные в Спортмастере! Качественный перевод с русского на английский в краткий срок.