Лондонские зарисовки.
Выпуск первый.
Ниже (и, надеюсь, дальше в следующих выпусках) следуют отрывочные размышления об увиденных в Лондоне фильмах так называемого текущего репертуара, которые, при сильном везении, рано или поздно доберутся и до наших палестин.
O Brother Where Art Thouh
Time Code
High Fidelity
О брат мой, где ты? / O Brother Where Art Thou
Джоэл и Этан Коэны
США, 2000
Название по-русски надо было бы обыграть в библейско-старорусско-шекспировском стиле из-за art, которое сейчас are, и thou, превратившееся в you. Фильм точно также одновременно старорежимный - картинка выцветает кукурузным золотом, а собака находит главного героя по запаху его любимого бриолина, - и очень сегодняшний (выступление группы "Парни с подмокшей задницей" на предвыборном митинге можно вставлять в любой выпуск новостей). Помимо этого, братьям Коэнам пора давать медали за просвещение необразованного зрителя. Сначала в блистательном "Бартоне Финке" они доказали, что выморочный кошмар может смотреться на "ура" даже теми, кто за всю жизнь не видел ничего, кроме Спилберга. Потом два брата-акробата превратили "сырой" и кровавый триллер в прилежного, обласканного истэблишментом, но от того ни на гран не менее гениального Каннского лауреата ("Фарго"). И, наконец, наметив контуры триумфа в "Большом Лебовски", нынешним "О, братом" убедительно показали, что надрывно-животные комедии, собирающие неплохую кассу, могут быть искрометно умными и даже синефильскими. (Не путать коэновского "Брата" с одноименными опусами г-на Балабанова, который на ниве доведения хорошего кино до уровня рядового зрителя все же, на мой взгляд, несколько переборщил). В последнем фильме Коэнов гомеровская "Одиссея" блистательно перенесена в реалии кондового американского юга конца XIX века, а Джордж Клуни наконец-то раскрылся во всей полноте своего таланта; сцена превращения тремя сиренами Джона Туртурро в лягушку с его последующей "гибелью" от руки великолепного Джона Гудмена ("Бартон Финк") упоительна от первой до последней детали. Отечественные кинодистрибьютеры в случае отказа закупить фильм и прокатить по всей стране вплоть до самых забытых гор, полей и рек подлежат истреблению как класс.
Временной код / Timecode
Майк Фиггис
США, 2000
Отправляясь (будем надеяться) на этот фильм Фиггиса, скорее держите в голове его эстетскую "Потерю сексуальной невинности", недавно вышедшую у нас на видео, и камерную "Фрекен Жюли" по Стринбергу. Забудьте про коммерческую "Встречу на одну ночь" с Уэсли Снайпсом и Настасьей Кински, а главное - выбросите из головы слезливый "Покидая Лас-Вегас". Ничего подобного в "Временном коде" вы, слава Богу, не увидите. Более того - ничего подобного самому "Временному коду" вы раньше не видели. Когда на экране начинают бежать начальные титры, потихоньку понимаешь, что экран теперь будет разделен на четыре части и одновременно как бы идут четыре фильма. Нет, то есть там одни и те же действующие лица, мы слышим саундтрек лишь одной из четырех частей, но первые четверть часа голова с непривычки все же кружится. Возможности, которые открывает способность наблюдать одновременно за одними и теми же персонажами с разных точек зрения или за несколькими людьми сразу, поражают. Причиной ли тому природная склонность людей к подглядыванию или жадность до нового кадра - судить не берусь. Но не восхититься следующим эпизодом нельзя: герой Стеллана Скарсгарда занимается любовью с Салмой Хайек за экраном, на котором демонстрируется эротический фильм, а Джин Триплхорн, по фильму любовница Хайек, слушает по спрятанному микрофону звуковую дорожку фильма и думает, что это стонет ее подружка и ее соблазнитель - а в третьей части экрана Скарсгард в это же время одной рукой разговаривает по мобильному телефону с Кайлом Маклахлэном, который, как видно в четвертом сегменте, проходит прямо за машиной, в которой сидит Триплхорн! "Временной код" становится торжеством зрелищности - за сюжетом едва успеваешь следить (я, кстати, так и не понял, что за временной код вынесен в заголовок). Как говорил в одном из интервью сам Фиггис, для своего замысла фильма о четырех экранах он выбрал простые чувства типа любви, ревности, алчности и жажды славы с тем, чтобы люди немедленно понимали происходящее, схватывали движущие фильм эмоции. Однако смысл совершенно не приносится в жертву картинке. К концу фильм вырастает в убедительную фреску убожества и одновременно великолепия удела человечества, вполне сравнимую с "Короткими отрезками" Олтмана. Фреску, убедительную и оригинальную не только идеологически, но и визуально.
High Fidelity
Стивен Фрирз
2000
Переводить однозначно не возьмусь: с одной стороны, главный герой - владелец пластиночного магазина, а потому имеется в виду Hi-Fi, технический стандарт записи. С другой, все крутится вокруг измены, расставаний, любви и верности (fidelity), поэтому эта "Высокая верность" становится для героя чем-то вроде искомого рая. Фильм снят по великолепной (без глупостей - отличной, восхитительной, остроумнейшей и превосходно сочетающей горечь и смех) книге Ника Хорнби. По сравнению с первоисточником опус Фрирза отдает розовым идеализмом американской фабрики грез, да и милашка Джон Кьюсак уже не тот обоюдоострый живчик, каким мы его помним по фрирзовским же "Кидалам". Но фильм все же смотрится довольно бодро, герой Кьюсака в черных очках очень похож на лидера группы "Танцы минус", что в глазах романтичных русских девушек наверняка добавит ему колючего лиризма, а замеченная в "Последней песни Мифуне" Ибен Хъейле у Фрирза просто восхитительна. В нее даже хочется влюбиться, и по очарованию на нынешнем лондонском экране ее переплюнет только Тони Колетт в черной британской комедии "Отель Сплендид" - но о ней в следующем письме.
В следующих выпусках:
"Дело выгорело" (вольный перевод Snatch Гая Ритчи, нового фильма от автора "Карт, денег и двух стволов")
"Отель Сплендид" - отличный наследник Жене и Каро, только лучше
"Сестричка Бетти", хитроумная и непростая комедия Нила ЛаБьюта ("В компании мужчин", "Твои друзья и соседи")
"Кадош", завораживающий последний фильм Амоса Гитая.
"Джулиан-осленок" - американский фильм "Догмы" от главного возмутителя общественного киноспокойствия Хармони Корина (сценарист "Деток" Ларри Кларка и режиссер революционного "Гуммо").
Сергей Дубин
наверх
|
