ЧЕРНЫЙ ФРАЕР, Я НЕ ТВОЙ
"Черный Фраер" получил главный приз на фестивале любительского кино "Sтык", а также участвовал в "Св.Анне" в этом году. "Черный фраер" - это попытка передать доступным языком все тенденции современного кино.
На Западе производство кинопародий поставлено на широкую ногу - вспомните бесчисленные "Горячие Головы", "Аэропланы" и т.д. В России же деятели кинематографа воспринимают себя слишком серьезно и не заходят дальше ничего не значащих комплиментов и реверансов.
Сюжет: фактурный молодой человек в солнцезащитных очках и кожаном плаще безжалостно мочит обидчиков своего "брата" и "сестры". Он приходит ниоткуда в начале фильма, он уходит в никуда в финале. Титр в конце фильма объявляет, что в ходе съемок пострадало 28 человек. Я не хотел быть 29-ым. Но Глеб режиссер, сценарист, продюсер и исполнитель главной роли "Черного Фраера" - Глеб Михайлов - оказался необычайно милым и общительным парнем.
Илья Миллер: - "Черный Фраер" - это твой дебют? Что было до этого?
Глеб Михайлов: - Да, это действительно мой дебют, а задумал я его пять лет назад. Но, так как я понимал, что для того, чтобы снять полнометражный фильм, необходимо обладать знаниями и умением…
И.М.: - И деньгами…
Г.М.: - И деньгами, разумеется. Я самообразовывался. Сначала я учился на курсах актерско-режиссерского мастерства. Набирался опыта и как режиссер, и как актер. Потом работал ассистентом режиссера, ассистентом продюсера. То есть я увидел все на практике, и понял, что смогу осилить фильм. Единственной загвоздкой были деньги. У меня была возможность начать съемки три года назад, но был очень маленький бюджет. А я понял, что для этого фильма нужен большой бюджет. Или, скажем так, оптимальный, чтобы не экономить на качестве. И в 1999-ом году удалось получить кредит.
И.М. - И в какую сумму, если не секрет, обошлись съемки?
Г.М.: - Это, конечно, коммерческая тайна, но я скажу так: я не считаю, что фильм малобюджетный. Все, что я хотел, я сделал. Я не экономил ни на дублях, ни на актерах, ни на перевозках. Я видел, как люди экономят на съемках, и это отвратительно.
И.М.: - Каково снимать кино без давления какой-либо цензуры?
Г.М.: - Цензура была внутри меня. Кое-что я отбросил сразу, какие-то вещи оставил, показал фильм знакомым и основывался уже на их мнении. То, что им не понравилось, я изменил. Было много спецпросмотров. Начальная версия была на два часа длиннее. Я укоротил фильм, чтобы он был динамичнее. Пришлось перебороть себя. Все-таки надо уметь отбрасывать лишнее.
И.М.: - "Черный Фраер" - это же пародия на все российское кино, начиная с 80-х и заканчивая "Братом".
Г.М.: - Да, элемент пародии, безусловно, есть. Я сделал это специально, чтобы развлечь зрителя. И мне самому это интересно.
И.М.: - Но насколько тогда серьезны идеи фильма?
Г.М.: - Я подхожу к этому так: да, элементы пародии вставлены, но все делалось серьезно. Если пародия оправдана, то я ее оставлял. Люди, которые не знают, откуда цитаты, смотрят "Фраера" как серьезный фильм. Они переживают за героя. Да я и сам переживал за него.
И.М. - Честно говоря, я не переживал за Фраера, ибо вряд ли кто-то мог бы встать на его пути. А финал фильма позволяет надеяться на продолжение. Будет ли "Черный Фраер-2"?
Г.М.: - Да-да. Продолжение уже придумано, идет подготовка. Надеюсь снимать летом. Фильм не будет повторять находки этого фильма. Там будет больше психологизма.
И.М.: - На вручении призов ты выбрал кассеты "Последнее танго в Париже" Бертолуччи, "Небо над Берлином" Вима Вендерса и "Пи" Аронофски. Каковы твои пристрастия в кино?
Г.М.: - Мне нравится классика. Мне очень не нравится что-либо современное, что не интересно. Я сочетаю классику с редкими находками современности. Есть классические вещи, они как велосипед - лучше не придумать.
И.М.: - В фильме этого не заметно.
Г.М.: Но фильм все-таки рассказан современным языком, и я не ориентировался ни на какие другие фильмы, ни на каких других режиссеров. Я отнесся к этому так, будто "Черный Фраер" - это самый первый фильм на Земле. Фильм, абсолютно не связанный с прошлым.
И.М.: - А если предположить, что фильм бы снимался с огромным бюджетом сравнимым, скажем, с "Сибирским цирюльником". Было бы что-либо изменено с точки зрения идеологии?
Г.М. - Я думаю, нет, потому что я усвоил для себя главное правило - делать только то, что тебя самого волнует. Если делать все наплевательски, пусть даже и профессионально, то это никому не будет интересно. Я - приверженец истинных человеческих ценностей - дружба, добро, любовь. Наказание зла во всех его проявлениях. А насчет большого бюджета: второй фильм как раз таки и будет большим. Его будут снимать с расчетом на кинотеатры.
Сергей Сальников: - Глеб, об этом мало кто говорил, но в твоем фильме наряду с преданностью, мужеством и борьбой за добро воспевается и культура тела, эстетизированная физиология.
Г.М.: - Зрителю гораздо приятнее смотреть на красивого героя, чем на слабого и уродливого. Мужчина должен хотеть ассоциировать себя с главным героем, а женщина - мечтать походить на героиню.
И.М.: - Да, но твой герой, несмотря на то, что обладает великолепным телом, совершенно асексуален.
С.С.: - Нет, он асексуален внутри. Для окружающих он выглядит вполне привлекательно в сексуальном плане, но внутри себя он не сексуален.
Г.М.: - В этом фильме не было причин, которые могли бы взорвать его сексуальность. А в моем новом фильме как раз появляется этакая сверх-женщина, в стиле Penthouse.
С.С.: - То есть в продолжении могут возникнуть такие ситуации, когда Иван Грозный сможет проявить свою сексуальность и превратиться из "брата" в любовника?
Г.М.: - Да, конечно. Настанет пик, и он взорвется, покажет свои чувства.
Беседовал Илья Миллер
наверх
|
