Пушкин писал о дипломате Петре Борисовиче Козловском (1783—1840), что тот «стал бы его провидением, если бы захотел раз навсегда сделаться литератором». До сих пор российские читатели, даже специально интересующиеся пушкинской эпохой, не имели возможности убедиться в обоснованности этой высокой оценки: на русском языке были напечатаны (в пушкинском «Современнике» 1836—1837 гг.) только три научно-популярные статьи Козловского.
«Социальная диорама Парижа», написанная по-французски в 1824—1825 годах, но до 1996 года пылившаяся в архиве и никому не известная, позволяет судить о даровании Козловского — мыслителя, наблюдателя нравов, памфлетиста. В отличие от авторов многочисленных путеводителей и путевых заметок, Козловский показывает читателю не внешнюю сторону Парижа (архитектурные памятники, облик улиц и проч.), но жизнь французской столицы изнутри: нравы палаты депутатов и театральной публики, отношение французов к прошлому и настоящему, к Наполеону и Бурбонам. Многие исторические фигуры, вошедшие в наше сознание в мифологизированном виде: Талейран и герцог де Ришелье, г-жа де Сталь и Шатобриан) предстают под пером Козловского, знакомого с ними лично, в неожиданном ракурсе. А язвительные пассажи Козловского по поводу французского тщеславия и других особенностей французского национального характера порадуют любого любителя социальных памфлетов. Всем читателям-гуманитариям, кому интересны не позднейшие и потому искаженные отзывы об эпохе, которую принято называть «пушкинской», а ее описание глазами современника, «Социальная диорама Парижа» доставит несомненное удовольствие.
|